Category: цветы

Category was added automatically. Read all entries about "цветы".

Lucas van Leyden

«Склонились на клумбах тюльпаны, / Туманами воздух пропитан»

Апрель, май и начало июня – самые динамичные месяцы в жизни нашего маленького сада: почти всякую неделю открываются, процветают и увядают новые цветы, причем держатся каждые из них буквально несколько дней. Из-за ровной жары нынешнего мая период цветения сокращается радикально, так что, бывая в деревне раз в несколько дней, видишь почти полную смену декораций. Вот несколько новинок последней недели. Collapse )
Lucas van Leyden

«Я наколю тюльпан тигровый / На твой вуалевый берет»

     Уже второй год подряд мои любимые тюльпаны, к посадке и возделыванию которых я отношусь с особенным тщанием, приносят нам больше огорчения, чем радости. В прошлом сезоне из-за погодных катаклизмов они были вынуждены сдерживаться в своей подземной фазе из последних сил, а потом процвели все вместе чуть ли не одномоментно. В этом году к прочим пертурбациям добавился человеческий фактор. Если мы правильно расшифровали послание, поневоле нам оставленное это был хромоногий левша, долгие годы проживший на востоке минувшей осенью, сразу после того, как очередные шедевры голландских селекционеров были преданы земле, человеческий фактор перелез через забор (довольно, впрочем, невысокий и оттого скорее символический), взял валявшуюся за домом старую лопату и произвел хищение луковиц в особо неприятных размерах, почти полностью разрушив наши колористические замыслы. Collapse )
Lucas van Leyden

Стал шалью черной радужный тюльпан. / Но рокот ваш как радостный пеан.

From Цветы 2013 - 3


      Нынешний тюльпанный сезон выдался у нас самым худшим и нервным за последние пять лет: с одной стороны, удушающая жара и засуха, мгновенно сменившаяся тропическими ливнями, нарушила жизненный цикл нежных растений (из-за чего некоторые небывало вытянулись, а другие, напротив, оказались на диво приземистыми); с другой – в позапрошлую субботу я мог фотографировать лишь с семи до восьми утра, после чего вынужден был мчаться сквозь постылую пробку на самолет... С третьей стороны, из-за продолжавшихся треволнений я забыл взять из деревни цветочную картотеку, так что названия сортов могу написать только к очень немногочисленным растениям.
      Несмотря на все превратности и препоны, некоторое количество фотографий все же можно представить благосклонному читателю. Из-за того, что, повинуясь капризам погоды, одновременно цвело до сотни фотогеничных сортов растений, пришлось пожертвовать хронологией ради связности: сегодня будут выложены только тюльпаны. Отцветшие уже нарциссы, долгожданная аризема, исключительной красоты рябчики и махровый гравилат – все это будет (если все пойдет по плану) продемонстрировано в следующей порции. Итак, тотемное животное приглашает вас в свой сад. Подписи под картинками. Collapse )
Lucas van Leyden

Ирисы печальные, задумчивые, бледные, / Сказки полусонные неведомой страны!

Из растений, широко распространенных в наших садах, ирис, наверное, самый причудливый – по строению цветка, условиям выращивания, внушительности требований и эфемерности цветения; благодаря, вопреки или вне этого я люблю ирисы чрезвычайно – и в этом году они в ответ цветут широко и ярко:

«Before the Storm»:

From 2011-6
Collapse )
Lucas van Leyden

Купальницы болотные, / Вы снова зацвели, / О, дети беззаботные, / Доверчивой земли!

      Как и ожидалось, старый мой триллиум (злоключения которого я описывал в прошлой серии) расцвел; имени сорта я не помню, а запись о покупке уже много лет как погребена в грудах садовых материалов, но смутно, сквозь пелену дней, я припоминаю, что он такой и должен быть – макабрических оттенков, с воздетыми лепестками… Collapse )
Lucas van Leyden

Цветут тюльпаны синие / В лазоревом краю... / Там кто-нибудь на дудочке / Доплачет песнь мою!

     Пустяковое дело привело меня лет шесть назад на один подмосковный рынок; обходя прилавки с рассадой, среди бесконечных рядов, богатых бархатцами и пятнистых петуниями, я вдруг увидел маленький и странный цветок: три белых лепестка и три чашелистика цвета слоновой кости образовывали ровную шестиугольную конструкцию, въедавшуюся в сетчатку своей жесткой простотой (как поздние стихи Георгия Иванова действуют непосредственно на барабанною перепонку, еще не достигая мозга). Над цветком хлопотала ведьма-заводчица; с нарочитой небрежностью я поинтересовался ценой; она заломила что-то очень много, мстительно добавив, что этот экземпляр уже абонирован: так я встретился с триллиумом.
     Придя домой, я узнал, что он любит тень и лесную подстилку и, охотно разрастаясь, образует куртину дивной красоты; со сдержанным оптимизмом реляции контрастировала немалая европейская цена и известная редкость предложений; спустя пару недель, несколько звонков и одну поездку, заветный цветок оказался у меня в саду. В следующем году, как только сошел снег, я немедленно устремился к месту чаемой куртинки: из земли, ровно в том месте, куда я ее закопал, грустно торчала маленькая зеленая пымпочка. В апреле мой хилый саженец выбрался на поверхность. В мае завязал бутон. В июне бутон завял, не раскрывшись.
     Так продолжалось долгие пять лет – я менял почву, свет и местоположение; клятое растение же, насмехаясь надо мной, каждый год отращивало единственный побег и, уныло покачав бутоном, вяло в августе. Наконец, в прошлом году я решил действовать не умением, а числом, для чего купил еще четыре саженца. И что же – мой старый друг вот-вот, наконец, откроется, а перед вами – одно из прошлогодних приобретений Collapse )