Category: авто

Category was added automatically. Read all entries about "авто".

Lucas van Leyden

ВОКРУГ ИЛЬМЕНЯ

Се возвращается блудливый сукин сын
туда, туда, в страну родных осин,
где племена к востоку от Ильменя
все делят шкуру неубитого пельменя.


      Развивая традицию велопоходов вокруг больших водоемов, объехали с коллегой одно из крупнейших озер европейской части России - озеро Ильмень. Несмотря на вполне скромное расстояние от Москвы (около 500 километров), РЖД почему-то не пускает из Москвы в Новгород ни "Ласточек", ни "Стрижей" - ничего из той пернатой фауны, которая за последние годы связала большинство наших крупных городов. Поэтому пришлось забрасываться на своей машине (каршеринг поездки туда не благословляет). По мере развития дорожной сети пышность дальних поездок сильно девальвируется: я хорошо помню то время, когда путешествие из Москвы в Петербург по трассе М10 было долгим, сложным и довольно-таки опасным делом. Сейчас, после того, как скоростная трасса закончена, можно рассчитать время прибытия чуть ли не до минут: в 7 утра мы загрузили наши велосипеды и баулы в багажник, а около часу дня уже разгружались в самом центре Великого Новгорода под изумленными взглядами охранников платной парковки. Покуда мы ехали, небесная канцелярия переменила прогноз: еще с утра нам обещали три безоблачных дня, но потом ровно в середину вписали обещание проливного дождя. Отступать уже было поздно, так что мы проверили навигаторы, заперли машину, включили запись треков в Strava и поехали прочь из города. Collapse )
Lucas van Leyden

ПО ДОРОГЕ К ПИЛАТУСУ

      Рожденный в стране, где расстояния принято было измерять неделями пути и только недавно стало – часами полета, я привык к каждому европейскому выезду присоединять по нескольку дел. Мне нужно было в Пражскую национальную библиотеку, чтобы наскоро проглядеть десятилетний комплект русской эмигрантской газеты 1920-х годов, отсутствующей в других книгохранилищах мира. Добравшись до Чехии, глупо было не заехать по семейному делу в Тюбинген. Там ожидались хозяйственные нужды, требующие похода в безотказную IKEA; раз уж все равно туда тащиться, то лучше в страстный Страсбург, чем в скучный Штутгарт. Возвращаться же из тех краев удобнее всего через Цюрих, по пути в который можно и должно забраться на какую-нибудь гору посимпатичнее. На все это было у меня три полных дня, а также день приезда и день отъезда. Пришлось побегать. Collapse )
Lucas van Leyden

PESSALOMPOLO – AAVASAKSA – OVERTORNEA – PELLO (велопоход)

Мне приходилось пересекать государственные границы самыми разными способами – на самолете, поезде, корабле, в автомобиле и пешком, - но никогда на велосипеде. Поэтому следующий маршрут я проложил по территории двух стран (Финляндии и Швеции) примерно в равных пропорциях. Они разделены здесь широкой и бурной рекой, через которую приблизительно каждые 50 – 100 километров перекинут мост: таким образом я планировал добраться до приграничной Аавасаксы, пересечь реку, проехать вверх по течению до следующей переправы по шведской стороне и вернуться домой в Финляндию. Сказано – сделано. Collapse )
Lucas van Leyden

Абрамцево – Ахтырка – Желтиково – Мостовик – Васильевское – Алферово – подворье Сабурово – Лазарево

      В комментариях к предыдущему велосипедному отчету высокочтимая autrement_que напомнила мне про соседскую Ахтырку; как это обычно бывает, воспоминание о каком-нибудь месте неизбежно влечет за собой острое желание вновь там побывать. Я открыл разом три электронные карты, чтобы понять, обязана ли тамошняя дорога кончаться тупиком (что противоречило логике существования древнего и некогда богатого села). Одна из карт показала малозаметный пунктир, пробирающийся сквозь заахтырский лес. Прелесть современной необязательной картографии в том, что одна и та же линия может обозначать на местности и плотно укатанный большак и бывший пожарный просек, а то и растаявшую лыжню, так что без выезда на местность было не обойтись. Я оседлал велосипед и помчался. Collapse )
Lucas van Leyden

«И солнце бьет в крутящиеся спицы, / сливая их в один блестящий диск»

      Вряд ли эта короткая и сугубо практическая заметка будет любопытна моему читателю (если господь пошлет мне читателя), но, как писал автор поважнее нашего, главный адресат – воображаемый alter ego – и мне, признаться, весьма не хватало и не хватает подобного рода руководств.
      Речь идет о велосипедных маршрутах. Collapse )
Lucas van Leyden

ПУТЕВЫЕ ЗАМЕТКИ: ФИНЛЯНДИЯ, ШВЕЦИЯ, НОРВЕГИЯ. Часть 1.

      Рыболовам нет нужды читать следующий абзац.
      Ловля щуки на спиннинг основывается на точном знании худших черт рыбьего характера: алчности, небрежности и склонности к скоропалительным решениям. Рыбак-психолог при помощи недлинного упругого удилища забрасывает с лодки на 20-30 метров металлическую приманку, снабженную острым тройным крючком; она с негромким плеском падает в воду, после чего он при помощи катушки начинает медленно подтягивать ее к себе. Движения приманки имитируют неуверенность маленькой рыбешки, попавшей в беду; щука, привлеченная ими, выскакивает в ярости из укрытия – и происходит неизбежное. Collapse )
Lucas van Leyden

ПУТЕВЫЕ ЗАМЕТКИ. Окончание.

      Между вторым и третьим походом случилось происшествие: паркуя свою машину в подземном деревенском гараже, я не заметил торчащей из стены предательской бетонной балки; было темно, парктроник безмолвствовал – в результате заднее стекло злополучного автомобиля с немелодичным звоном обратилось в прах. По своему давнему голландскому опыту я примерно помнил, что нужно делать - не сесть на пенек и заплакать, что больше всего соответствовало бы моменту, а обратиться с горестной вестью в ближайшее представительство арендной компании. В мелочной лавке я купил белые пакеты для мусора и двусторонний скотч, из которых соорудил временное эрзац-стекло, отчего автомобиль немедленно стал напоминать передвижную иллюстрацию к истории немецких бомбежек Лондона. Короткие переговоры с представителем Hertz'а подтвердили правильность наших намерений – и я очень осторожно вырулил на приморское шоссе, ведущее во Фрежюс. В жизни каждого человека с неустойчивым складом ума бывает момент, когда ему кажется, что все кругом на него смотрят: впрочем, если он передвигается по сонному курортному городу на автомобиле «Пежо-5008», у которого вместо заднего стекла хлопающий по ветру бело-желтый флаг из мусорных пакетов, то, может быть, это чувство небезосновательно. По пути я репетировал вступительную речь. «Je suis un crétin», - говорил я вслух, посматривая в зеркало заднего вида. – «J'ai cassé accidentellement la lunette arrière». Выходило не жалобно (как было задумано), а как-то ухарски. Учтивейший из местных автопрокатчиков выслушал нашу англо-французскую повесть, вежливо приподняв бровь, и изъявил желание оценить реставрационные перспективы. «Beautiful!» - воскликнул он уважительно, после чего ознакомил нас с дилеммой: прямо сейчас он может дать нам совсем маленький автомобиль, из тех, что, не найдя место для парковки, просто уносишь на свой балкон, но если мы настаиваем на автомобиле подстать покойному (он дал понять гримасой, что на нашем месте он бы не настаивал), то можно попробовать договориться с главком в Каннах. Деваться нам было некуда: в маленьком автомобиле, кажется, и кошке негде было бы разместиться, не говоря уже о чемоданах, так что мы выбрали Канны. Последовали телефонные переговоры на каком-то удивительном диалекте (я – может быть и к лучшему – не понял ни слова), после чего нам было предложено приехать к трем на rue d'Antibe. Эта улица (как памятно многим) обладает двумя особенностями – во-первых, там самая большая концентрация дорогих магазинов на всем Лазурном берегу; во-вторых – она состоит из одной-единственной полосы, по которой черные тяжелые роллс-ройсы с затемненными стеклами вальяжно катят от одной торговой точки к другой. Медленно, печально и весьма антиглобалистски похлопывая мусорными пакетами, мы влились в миллионерский поток и повлеклись к центральному каннскому офису. Там все прошло на удивление гладко – и спустя полчаса вместо бедного мышастого друга нам выдали отменный Chevrolet Captiva – машину, про которую я раньше даже не слышал и которая оказалась очень удачной. На следующий день сравнительно неподалеку от нас поселился высокочтимый i_shmael с семейством. Это было редкое везение – и мы немедленно все вместе отправились в очередной поход. Collapse )
Lucas van Leyden

Путевые заметки: Финляндия - Москва

     1. Деревянный дом, крашенный по местному обычаю в цвет, который раньше назвали бы суриком, стоял на холмистой стороне небольшого полуострова, вдающегося в прохладные воды озера Кемиярви; с остальным миром его связывала узенькая грунтовка с торчащим в ней здоровенным валуном, предательски скрытым муравой. Цивилизация начиналась в двух километрах – с небольшой россыпи коричневатых домиков и маленького сельпо с просроченными йогуртами и теплым пивом; рядом была пристань, от которой к противоположному берегу озера и обратно день-деньской плавал неутомимый паром; к этой же пристани подвязывали свою лодчонку и мы, отправляясь за покупками – по воде ближе, чем по дороге, да и комаров почти нет. Collapse )
Lucas van Leyden

Мелькают, мигают, и снова их нет. / И снова забрезжил блуждающий свет

     История о фантомной мигалке высокочтимого k_p меня больше огорчила, чем развеселила - всякая провокация противна, и неприятна мысль о том, что какие-то приземистые энтузиасты ошивались рядом с его домом, ну и вообще. Против самих же мигалок я, честно говоря, ничего не имею – и, более того, всякая борьба с ними мне кажется отчасти апелляцией к примитивному сознанию. Ну что это, в самом деле – племя опивается огненной водой, третий год засуха, неурожай, но мы запретим Длинному Когтю втыкать орлиное перо в шевелюру и все мигом наладится. Смешно, конечно, что и сам Длинный Коготь столь же удручен этой перспективой – но такова уж реальность, с которой приходится считаться.
     Вообще эта концентрация на символах характерна для нас: не обязательно даже вспоминать бородовые жетоны и вообще весь тягучий хоровод вокруг стрижки и бритья, но достаточно помянуть недавнее прошлое – когда на фоне героической борьбы за то, чтобы запретить паре тысяч граждан покупать сырокопченую колбасу в закрытых распределителях, делились и пластались монументальные вороха имущества, причем без всякого общественного противодействия. Т.е. с одной стороны, конечно, трусящие по разделительной полосе черные машинки довольно-таки противны; с другой – в них сидят трепещущие от страха рано постаревшие люди, все благосостояние которых зависит от преходящей милости их покровителей (судьба которых, в свою очередь, также висит на волоске). Думаю, что чем раньше они со своими эманациями доберутся до собственных домов, тем лучше – пусть себе едут. Меня лично гораздо больше огорчают добрые граждане, не пользующиеся поворотниками, паркующиеся поперек двух мест сразу, разворачивающиеся из второго ряда etc – как правило, мигалок на их машинах нет, но оттого приятнее они не становятся. Впрочем, я могу быть пристрастен – дело в том, что некоторое время я и сам ездил с мигалкой. Collapse )
Lucas van Leyden

(no subject)

     Вдумчивые гурманы, фланеры и прочие сознательные гедонисты вечно напоминают мне человека, который каждое утро по часу моет и пылесосит свой автомобиль. То есть съесть чего-нибудь вкусного и запить бывшим виноградом – очень здорово, но посвящать время, деньги и мозговые усилия поиску утончений подобного рода как-то немного странно.
     С другой стороны, расширители сознания, т.е. люди, правильно понимающие, что в человеке повозка, а что – седок - тоже иногда производят своеобразное впечатление. У меня был приятель, который очень интересовался всеми этими делами: один его особенно смачный трип – со спиралевидным полетом во внутреннем дворе многоэтажной башни – я так хорошо помню, что как будто сам испытал.
     Впрочем, для всякого чревоугодия, в том числе и нравственного, наступают тяжелые времена: жизнь затухает. Уже две недели в Москве пробки гораздо меньше обычного, вместо 8-9 баллов по шкале Яндекса – редко когда доберутся до семи. Нет бы радоваться, что в кои-то веки можно ездить по-человечески, но нет, само собой делается тревожно: где все?