Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

Lucas van Leyden

ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ ПЕТРА КАРАМЫШЕВА (к «Запискам комментатора») - НАЧАЛО

      Среди многочисленных стихотворных записок, рифмованных инскриптов, стихов на случай и всякой прочей поэтической эфемериды, принадлежащей перу Н. Н. Минаева, есть такое восьмистишие:

      П. И. ВАГИНУ
      Записка

      Нет, невозможно слушать на ночь
      Подобную галиматью!..
      Своей поэмой, Петр Иваныч,
      Долбит он голову мою.

      Такой сверхбарабанной дроби
      Слух не выдерживает мой,
      Я весь в поту, в жару, в ознобе,
      А потому бегу домой.


                        1920 г. 20 декабря. Понедельник
                        Москва1
Collapse )
Lucas van Leyden

Из записок комментатора: 212-85-06

      Уже несколько лет в редкие минуты отдыха я готовлю большое комментированное издание Николая Николаевича Минаева – одного из замечательнейших поэтов первой половины ХХ века (образцы его стихов появлялись в дружественных журналах – см., см., см., – и у меня). Работа эта на редкость приятная, библиотек и архивов почти не требующая, поэтому расставаться с ней мне немного жаль – и темп, следовательно, взят крайне небыстрый.
      Среди его текстов начала 30-х годов есть серия сатирических монологов от лица воображаемых современников, что-то вроде лаконичного рифмованного Зощенко. Вот типичный образец: Collapse )
Lucas van Leyden

ТЕАТРАЛЬНЫЙ РАЗЪЕЗД

- Простите за неловкий каламбур, господа, но, как ни крути, финальное фуэте вышло смазанным. Какой ветер сегодня! Дайте зажигалку, пожалуйста.
- Prego. В такой вечер хочется говорить по-итальянски. Но все-таки вы, полагаю, неправы: финал был почти безупречен
- Ну если безупречность состоит в том, что зритель отвлекается от… эээ… нестандартных статей балерины и вздыхает с облегчением, когда ей удается не грохнуться… то да. «Всех пора на смену»
- Я все-таки попросил бы…
- А, понимаю. Она напоминает вам вашу матушку? Почтительно-с умолкаю
- Мальчики, не ссорьтесь!
- Нет, я не понимаю, чего он добивается. Нет, ну правда. Ну зачем это, а?
- «Как в девках заждалась, готовая озлиться»
- Нет ну ты сам мля понял что ты сказал мля
- Убери лапы ты сука
- Вали его, Сулейман!

Бдыщ! Бдыщ!

(тихая музыка)

«В самом центре Москвы, недалеко от Большого театра минувшей ночью были расстреляны два человека. В ходе конфликта двух групп мужчин, "одна из которых обладала ярко выраженной кавказской внешностью, а вторая - азиатской", кто-то схватился за оружие, рассказал источник"Интерфакса" в правоохранительных органах»
Lucas van Leyden

ЛЕТЕЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА – 63 (биография - начало)

      Сначала – подробное, исступленное, неистовое – письмо обманутой женщины:

      «Одесса 27 июня ст. ст. / 10 июля н. ст. 1918

      Многоуважаемый Андрей Акимович! Георгий Иванович окончательно меня разорил, обманул, обокрал, последние копейки у меня взял и бросил, уехал из Керчи с одной керчанкой барышней проституткой.
      Меня скомпрометировал, ибо он играл нечестно в клубе и с богатыми матросами которых нечестно обыгрывал и его громко называют в Керчи Шулером. Обыгранный им нечестно матрос хотел его убить, но Г. И., узнав об этом сумел вовремя скрыться и уехал на Кавказ к большевикам (под флагом большевизма) считая, что под крыльями большевизма он больше сможет иметь денег, ничего не работая, не трудясь. В Керчи сейчас немцы и Г. И. нельзя будет возвращаться в Керчь. Г. И. глуп, шулер и мерзавец, лицемер, хитрый фальшивый, весь изолгавшийся, человек без стыда, без самолюбия, без совести. Он кокотка, которая мне слишком дорого стоила. Он высосал все мое состояние, продал все мои вещи, драгоценности и жил на них шикарно, гуляя с барышнями, играя в клубе и не выходя из ресторанов и кабинетов. В Керчи он прожил моих денег за 5 месяцев пребывания 45 тысяч!
      Меня заставил работать, обременяя меня уроками, с утра до ночи и не пускал из дому, чтобы я ему не мешала наслаждаться самому жизнью и это все на мои средства. Сам клялся еженедельно, что мне кровью своей заплатит за все жертвы, которые я для него принесла, но клятвы его были лишь на словах, как все у него и на деле отплатил тем, что бессердечно разорил, обокрал, обманул и уехал, оставляя меня без средств на произвол судьбы в городе чужом, в котором он себя и меня скомпрометировал!
      Сейчас я продала мою шубу доху и верхние вещи и уезжаю через Одессу в Варшаву, к своим. Collapse )
Lucas van Leyden

ТиД

      1. «Умные! умные!» - кричала женщина в форме, надзирающая за пустынными в это время суток турникетами станции «Дубровка» и тон ее был точь в точь таким, как если бы она, глядя со средневековой башни, анонсировала появление на горизонте клубящейся конницы варваров. Я посмотрел: имелись в виду две юные леди и сопровождающий их юркий юноша, которые при помощи игривого ума как-то смогли миновать турникет, не расплатившись. Они ехали вниз по безлюдному эскалатору, оживленно обмениваясь впечатлениями, десятью ступеньками выше ехал я, где-то в вестибюле затихало эхо от криков. Одна из юных леди взглянула на меня и что-то сказала спутникам; они тоже посмотрели вверх. Я почувствовал себя неуютно. Collapse )
Lucas van Leyden

СЕВЕРНАЯ ССЫЛКА РЕМИЗОВА: УТОЧНЕНИЕ НЮАНСОВ: Часть 1

     Один из путеводителей по Вологодской губернии середины 1910-х годов начинается нехарактерным для эпохи вступлением:

      «Прежде чем начать свое повествование, я попрошу вас, дорогой читатель, вообразить себя путешествующим на аэроплане. Чудная панорама открывается нашим взорам: под нами равнина, покрытая темно-зеленым ковром хвойных лесов и изрезанная широкими лентами рек.
     На юге и западе леса еще редки, здесь они тянутся громадными, но отдельными волоками, между которыми зеленеют обширные, засеянные рожью, ячменем и овсом поля, с утопающими в них селениями, белыми богатыми храмами и часовнями» 1 .

     Скорости были небольшие, а расстояния были и остались огромными: воображаемый аэроплан медленно снижается на протяжении десятка страниц, пока не оказывается близ цели своего путешествия – главного города самого обширного, отдаленного и малонаселенного уезда губернии:

      «Усть-Сысольск, столица «Зырляндии»2 , является обыкновенным уездным городком, нелепо растянувшимся на протяжении чуть ли не десяти верст. Сам по себе он не велик, но привычка зырян строиться «просторно» сделала из него довольно большой город; в самом центре Усть-Сысольска встречаются пустыри и площади, на которых пасется скот, и едва ли не косят сено. В Усть-Сысольске два собора, две церкви, несколько каменных строений, мужская и женская гимназии, духовное училище. Вообще он городок, в сравнении с другими городками нашего севера, довольно благоустроенный» 3 . Collapse )