February 5th, 2021

Lucas van Leyden

ПУТЕВЫЕ ЗАМЕТКИ: ЕГИПЕТ (начало)

      - У нас в Египте, - веско сказал гид, - есть такая примета: если ты купил себе землю и, роясь в ней, откопал какие-то древности, то они принадлежат государству. Если обнаружил нефть - тоже государству. А вот если ты вдруг нашел наркотики - это твои.
      Повисла пауза.
      Мы ехали по проселочной дороге к югу от Каира, направляясь в сторону Саккары, древнего некрополя, где находятся самые старые из египетских пирамид. Незадолго до нашего визита там произошла локальная археологическая сенсация: правительственная экспедиция обнаружила очередное скопление неразграбленных саркофагов, принадлежавших покойникам средней руки - писцы, чиновники. По этому поводу на раскопы приезжали их современные коллеги во главе с премьер-министром, который совершенно по-чичиковски, выбираясь из бронированной брички, проговорил: "еще слава богу, что только засалился; нужно благодарить, что не отломал совсем боков". Немедленно бросились строить дорогу, но первоначальный порыв как-то быстро сам собой угас: впрочем, кое-где на укатанную грунтовку действительно вывалены были кучи песка и гравия и вокруг них неторопливо суетились египетские мужики с лопатами. Место же само по себе было чудесным: еще много сотен лет назад, чтобы лучше использовать милость богов, поступавшую к смертным в виде разливающегося Нила, здесь построили сложную систему каналов и арыков, позволявшую животворной воде орошать обширнейшие площади. С тех пор часть их была засыпана, часть самостоятельно заросла, но главный канал остался, а вокруг него - обширные изумрудно-зеленые поля и рощи финиковых пальм. Несмотря на то, что разливы прекратились с середины ХХ века, когда была построена огромная плотина в Асуане, сельское хозяйство здесь не иссякло, хотя вместо органического ила поля теперь густо уснащают минеральными удобрениями. Эта часть ближнего Подкаирья - из фешенебельных, здесь строят крупные виллы, обнесенные кирпичными заборами и густо усаженные пальмами, но по эклектичности здешней жизни они равнодушно сосуществуют с совершеннейшими лачугами, начинающимися прямо у их порога. Так климат влияет на нравы: привыкнув затворяться от пронизывающего ветра, северянин возводит себе толстостенную избу, обносит ее тыном, одевается в шесть слоев одежды и опускает на окнах темные, непросвечивающие шторы. Иное дело на юге: честному человеку скрывать нечего, так что он едет, не таясь, на ослике, смотрит на экран мобильного телефона, а как доберется до своего жилища, так завалится себе спать под навесом, обдуваемый ласковым местным ветерком. Collapse )