January 14th, 2019

Lucas van Leyden

ГЕРШЕНЗОН И ПРАВЕДНИК

      Среди других катастрофических последствий, настигших Россию после событий 1917 года, было радикальное сужение репертуара человеческих типов: в полном соответствии с воцарившимся мировоззрением среди уцелевших жителей начался естественный отбор, первыми жертвами которого стали самые неприспособленные. Любезное отечество образца начала ХХ века отнюдь не было парадизом, но для человека, не склонного к регулярному труду и/или формальной включенности в социум, выжить там было проще, чем в любое другое время. Дело было и в стабильности денежной системы, позволявшей устойчиво существовать на ренту с весьма скромной суммы, и в баснословной дешевизне продуктов, и в феноменально распространившейся практике благотворительности. Эта неожиданная и недолгая милость, случайная передышка истории накануне будущих бедствий, позволила процвести множеству лиц, в иных условиях практически обреченных. Биографии их – если им не повезло прославиться на другом поприще (как А. М. Добролюбову) или быть причисленным к лику святых – по большей части невосстановимы: лишь по коротким свидетельствам современников мы можем судить о сотнях и тысячах несостоявшихся лесковских героев (вроде незабвенного Шерамура), населявших Россию накануне большевистского восстания. Далее речь пойдет об одном из них. Collapse )