August 20th, 2013

Lucas van Leyden

ПУТЕВЫЕ ЗАМЕТКИ: Москва - Венеция

      1. Решетчатая дверь склепа была приоткрыта, но закреплена матовой черной цепью так, что с некоторым напряжением можно было просунуть внутрь руку (легальные его обитатели, полагаю, без труда просачиваются между витых прутьев). Спутники мои вдруг замолчали, так что стало слышно скрипучее посвистывание цикад, сидевших на каждом дереве вперемешку с коричневыми иссохшими шкурками, оставленными ими в предыдущих инкарнациях. Было безлюдно; смолистый запах разогретых солнцем кипарисов мешался с солоноватой прелью лагуны, скупо дозируемой редким ветерком. Отдав сыну рюкзак, а дочери фотоаппарат, я мысленно перекрестился (более чем уместный жест, учитывая ситуацию) и полез тревожить прах усопших. Немногие насельники православного участка венецианского кладбища Сан-Микеле индифферентно наблюдали за моими поползновениями: бедная Sonya, имя которой было выбито транслитом полтора столетия назад (на горельефе надгробия – пленительный силуэт юной леди, лишившейся чувств), безымянная семья Каменских (чья усыпальница маркирована с военной простотой), какие-то смурные единоверцы-греки. В сочувствии Дягилева и Бродского, чьи могилы расположены неподалеку, я, впрочем, не сомневался, учитывая цель и причину моей небольшой, но яркой экспедиции – дело в том, что за полуприкрытой калиткой гробницы виднелась и манила немаленькая стопка старинных русских книг. Вернемся в прошлое, господа. Collapse )