July 22nd, 2010

Lucas van Leyden

Стихотворение Аделины Адалис

     В подзамочной записи дружественного журнала зашла речь об Адалис. Один из беседующих назвал лучшим ее стихотворением «Смерть» 1924 года («И человек пустился в тишину…») – действительно, великолепное. Я хотел ответить ее текстом 1922 года, но увидел, что в сети его нет. Поскольку альманах «Московский Парнас» (где она соседствует с Шишовым) лежит у меня на столе, мне остается только перепечатать его:

Пейзаж кудряв, глубок, волнист,
Искривлен вбок непоправимо,
Прозрачен, винно-розов, чист,
Как внутренности херувима.
И стыдно, что светло везде
И стыдно, что как будто счастье
К деревьям, к воздуху, к воде,
Чуть-чуть порочное пристрастье.
Тот херувим и пьян и сыт.
Вот тишина! Такой не будет,
Когда я потеряю стыд
И мелкий лес меня осудит.
Быть может, Бог, скворец, овца,
Аэроплан, корабль, карета,
Видали этот мир с лица, -
Но я внутри его согрета.
А к липам серый свет прилип,
И липы привыкают к маю,
Смотрю на легкость этих лип
И ничего не понимаю.
Быть может, теплый ветер – месть;
Быть может, ясный свет – изгнанье;
Быть может, наша жизнь и есть
Посмертное существованье.

--
UPD: высокочтимая sart27 открыла для чтения запись, о которой идет речь