lucas_v_leyden (lucas_v_leyden) wrote,
lucas_v_leyden
lucas_v_leyden

  • Music:

Летейская!!!

Получается кино.
Есть ученый, основатель Бразильского университета, по фамилии Гарднер де Пайва-Перера («пайва» - звучит как финское «день», это важно для дальнейшего). У него есть сын, американский ученый с той же фамилией. У него, в свою очередь, тоже есть сын: инженер, Даниэль Томас.
Крутим глобус.
На другом конце земли живет генерал-майор Степан Степанович Дыхов (уходящую за ним в бесконечность воображаемую череду Степанов Степановичей опускаем). У него есть сын Иван Степанович, тоже, что интересно, генерал-майор. У того – о, приятное разнообразие – дочь, Екатерина Ивановна. Сотрудница радикального «Дела», феминистка, «одна из пионерок женского движения», как деликатно пишет Венгеров. Что общего у русской феминистки Дыховой и американского инженера Даниэля Томаса Гарднера де Пайва-Переры? Довольно много, например сын, герой сегодняшней «летейской», русский поэт Вадим Данилович Гарднер.
Сразу несколько оговорок. Во-первых, это второй и последний из авторов «Гиперборея», о котором я буду писать. Я обещал, что малоизвестных – трое, подразумевая его, Гедройц и Владимира Васильевича Гиппиуса, но о последнем я расскажу впредь, когда доберусь до его книжек (полках в трех от нынешней).
Во-вторых – он, конечно, не такой уж и малоизвестный. Его стихи переиздавались в новейшее время и, более того, недавно вышла его биография, которую я еще не читал, но прочту и тогда поправлю все ошибки в настоящей заметке, благо не на бумаге писано.
В третьих, не исключено, что вся бразильская история – сплошная лажа, кочующая из биографии в биографию. Я, как человек недоверчивый, начал с верификации прадедушки-бразильца – так вот, интернет в два голоса (тут и здесь) утверждает, что первый бразильский университет основан в начале ХХ века… Ну и как я не пытался транслитерировать эту роскошную фамилию, попадал все на каких-то брокеров. Ну неважно, так еще красивее. Надо бы, по уму, прочесть биографию или хотя бы перечитать книжку Гарднера, изданную Темирой Пахмусс и Беном Хеллманом, тем более, что последний мне ее подарил, но я, прочтя, ее куда-то задевал, ну и так далее. А что мы знаем про самого Вадима Даниловича?
Родился в 1880 году (про дату спорят: «Русские писатели» говорят одно, а «Незабытые могилы», которым я обычно верю как маме в детстве, другое) в имении недалеко от Выборга. Учился в 7-й гимназии, потом на юридическом факультете. В 1905 – как без этого – участвовал в студенческих волнениях, был арестован, получил два месяца тюрьмы, козырнув американским паспортом, вышел, по некоторым сведениям уехал доучиваться в Тарту (хм-хм), откуда и вернулся в Петербург в 1909 году. Здесь он знакомится с поэтами круга Вяч. Иванова и с ним самим (обсуждалось даже издание его книжки стихов в издательстве «Оры», где печатались исключительно ближайшие друзья В. И.), позже – сближается с Гумилевым. С последним, кстати, его судьба переплетется довольно жестко. В 1916 году Гарднер принимает российское гражданство и уезжает в Лондон в качестве российского эмиссара в Комитете по снабжению союзников оружием. Смешно о нем пишет Ахматовой Гумилев, тоже находящийся в Лондоне в 1917 году: «Вадим Гарднер <…> проводит время исключительно в обществе третьеразрядных кокоток и презирает Лондон и все английское - этакий Верлен». В 1918 году Гарднер с Гумилевым через Мурманск возвращаются в Петербург, откуда Гарднеру удается бежать в 1921 году в свое выборгское имение, на тот момент находящееся на территории Финляндии. В печальной перекличке уцелевших в 1922 году Гарднер упоминает, что готовит к печати «1) несколько томов стихотворений с 1912 – 1914 гг., 2) большую лирическую полифонию «Под далекими звездами», 3) сборник стихов 1916 – 18 г., 4) сборник стихов 1918 – 20 г. Часть начатой в 1920 г. большой лирической полифонии «Мерцание во мгле и мгла среди сияний», 5) новый круг стихов, написанных после бегства в Финляндию. Ищет издателя». На самом деле при жизни автора вышла еще только одна его книга в Париже в 1929 году. В 1939-м родина, лязгавшая зубами в семидесяти километрах к востоку, вдруг вознамерилась его сцапать и он бежал в Хельсинки, где и жил до 1956 года. (Уезжали тяжело, с сомнениями, очень жалко было родового гнезда). Ему очень повезло, конечно, что он бежал в мирную, добрую, милую Финляндию, где был едва ли не лучшим русским поэтом; второй раз ему повезло, что его вдова, дожившая до преклонных лет (она умерла в 1988 году) сохранила его архив. А стихотворение из «Гиперборея» - вот оно:

Черна река. На небе черном
Блистают мартовские свечи.
Вмещу ли в ямбе непокорном
Девичий трепет вешней речи?

Смотрю, огни вонзились в воды,
И льды на льдах лежат пластами.
О, как мне любы ледоходы
С их снеговыми островками.

Дробитесь, трескайтесь и тайте,
Шипите, ладожские льдины!
А вы, друзья, весну встречайте,
Как в миновавшие годины!

Вам все, как прежде, станет мило.
Сродни тревога человеку.
Облокотившись о перила,
Глядите с моста вниз на реку!
Tags: Российская вивлиофика, Собеседник любителей российского слова
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 23 comments