lucas_v_leyden (lucas_v_leyden) wrote,
lucas_v_leyden
lucas_v_leyden

  • Music:

ФУТУРИСТ И МУМИЯ

      Давид Давидович Бурлюк был одноглазым и сделался оттого человеком инстинкта; его уполовиненное зрение компенсировалось могучей интуицией. В литературе он был Нельсоном и Кутузовым, уподобляясь прославленным военачальникам не столько роднящим увечьем, сколько способностью подбирать союзников, опережать противников, вникать в детали и не упускать при этом общей картины сражения. Накануне открытия одной из провинциальных живописных выставок, посреди провинциального турне, он вдруг занервничал, заходил из угла в угол по гостиничному номеру, бормоча «не пойдут», «прогорим», - к живому изумлению мешкотных спутников. Наконец, выход был найден: из-под кровати был извлечен носок одного из соучастников, прикреплен к холсту – и на другой день спокойное равнодушие городка, прочувствованное сквозь гостиничные стены, оказалось поколеблено1. Выходя на сцену для чтения стихов, он всегда несколько минут молча лорнировал публику, что твой Воланд (тоже, кстати, не лишенный разноглазия) и только когда по рядам пробегало предчувствие ропота, убирал лорнет в карман жилета и с облегчением выдыхал: «Русь один сплошной клоповник…»2.
      В бродячем театре футуристов каждому досталось свое амплуа; Бурлюк был Скарамучча – трусливый, задиристый, простоватый; впрочем, с грацией ртутной капельки он ускользает от попыток заглянуть за эту намертво приросшую маску: «тучная, добродушная фигура»3, «[т]олстый человек с красным лицом, с масляными глазами, с моноклем на черной ленточке в глазу»4, «деловой и практичный человек»5, «кривляющийся карьерист»6, «крупный, сгорбленный, почти лысый»7, «человек дела»8, «морда»9, «молодой, но уже грузный»10, «толстяк, вечно погруженный в какие-то искания, в какую-то работу, вечно суетящийся, полный грандиозных проектов»11, «вполне обеспеченный и отзывчивый человек»12, «фигура сложная», «шестипудовый ребенок»13, «неукротимый отрицатель»14, «мозг школы»15, «незаурядная личность»16, «человек довольно лирический»17, «похож<ий> на дрессированного рабочего слона»18, «уличный мастер и искусник»19, «философ — сатирик Современности, мудро, светло и победно улыбающийся сквозь Лорнет вслед ворчащим богаделыцикам от академии»20, «несчастный шут»21, «отец российского футуризма»22, «с безусым, круглым, бабьим лицом, с размалеванной краской физиономией, с тяжелой переваливающейся походкой»23 - эти реплики можно множить почти до бесконечности. Между тем благодаря его интуиции, сноровке, деликатной благожелательности и финансовым ресурсам у нас есть Маяковский и Хлебников: и если витальный напор первого из них преодолел бы препоны и без посторонней помощи, то второму без подспорья пришлось бы солоно.
      Гипертрофированная интуиция заставила Бурлюка (на тот момент – херсонского бонвивана, балующегося живописью) приветить политического ссыльного Ремизова24; она же, несколько лет спустя склонила его к футуризму; так малороссийское хлебосольство обернулось культуртрегерством. Подсыпая гостям галушек за раблезианским столом в исполинском имении (отец служил управляющим у графа Мордвинова), Бурлюк набело писал для нас историю литературы; рисуя на щеке собачку с воздетым хвостом – изобретал боди-арт; печатая «Садок судей» на обоях (типография дважды была в ярости: от пыли машину пришлось мыть, а тираж остался невыкупленным), открывал новую страницу в истории книгопечатания. Забавы одноглазого купчика аукались в мире могучим эхом: между Москвой, Херсоном, Витебском и Парижем протягивались силовые линии – но быстро опадали.
      То же предчувствие погнало его в 1918 году через всю страну – сначала в Уфу, потом на Урал, оттуда в Омск (где он мимоходом благословил местных футуристов25 – и среди них А. Сорокина – и сочинил одно из лучших своих стихотворений: «Где скукотундру режет властно…»), затем во Владивосток. «Гонимый — кем, почем я знаю?», - как написал его протеже – он перемахивает сначала через Японское море, а позже, не в силах совладать с инерцией – и через Тихий океан. 8 сентября 1922 года Бурлюк с женой и двумя маленькими детьми ступает на гостеприимную американскую землю: из языков он знает древнегреческий, латынь, немецкий, французский и японский (страсть как нужные на Лонг-Айленде); багаж состоит из собственных картин (спрос на которых невелик) и чувства безграничного величия. Парадоксальным образом, едва вырвавшись из щелкающих челюстей советской власти, он не мешкая направляется в объятия ее нью-йоркского форпоста - радикально большевизианствующей газеты «Русский голос».
      В последующие десятилетия он – неистовый, последовательный, немолчный и профессиональный любитель Советского Союза: исполнитель лекций «о жизни, делах и строительстве в стране Ленина»26, организатор обществ имени Горького, «Серп и Молот», пролетарских писателей; посетитель вечеринок в советском консульстве и пожиматель рук советских послов27. Принимая в 1926-м году в Нью-Йорке Н. Н. Евреинова (который, кстати сказать, в СССР так и не вернулся), Бурлюк приветствовал его громовой речью: «Д. Бурлюк указывает, что 9-летие пролетарской революции — явление не случайное, что гнет царизма, вызвавший взрыв народного гнева, — явил миру пролетарскую революцию как стройное явление, закончившееся победой пролетариата лишь потому, что Великая Русская Культура, заложенная еще в Петровскую эпоху, выдвинула ряд великих революционеров в различных областях ищущей, творящей русской мысли. Имена В.И.Ленина, Л.Троцкого, Луначарского, И.Сталина — могучая плеяда революционеров, создателей Новой России — СССР. Н.Н. Евреинов, говорит Бурлюк, избрал себе область театра»28. Не экономя на фимиаме, Бурлюк демонстрировал лояльность большевикам во всех доступных ему жанрах – в живописи («<…> написаны до 1930 года картины: «Советский серп» (жатва в СССР), «Азиатская ночь» (не была выставлена), «Ленин и Толстой» (сеятель и пахарь; не окончена), «День и Ночь» и «Последний вздох фабричных труб»»29), поэзии («Первым овеяны Маем / Его бриллиантолучом / Мы голову поднимаем, / Насилье отринув плечом»30) и частной переписке: «Дорогой Эрик Федорович. С Новым годом! Новым счастьем пролетарским и победой социализма!!»31. В среде эмигрантов о его быте ходили легенды: «Между прочим знаете ли Вы что в Америке обитает «сам» Давид Бурлюк, адреса не знаю - потерял. Он года три кормил меня и Ларионова роскошным завтраком. Стал комической фигурой: «апостол добра», женат на идиотке, американской богачке, которая и научила его быть апостолом. Жалко и смешно глядеть. А был молодец мужчина: как гаркнет бывало:

      как я люблю беременных мужчин,
      когда они у памятника Пушкина.

      Зал хлебной биржи (3000 человек) дрожал. Вам этот Давид мог бы, м.б. пригодиться - он ведь был ближайший к Хлебникову человек»32.
      Способность его игнорировать долетающие из-за океана сведения была исключительной - равно как и глубина простодушия: «Мне все из СССР бросили писать, за исключением одного друга с юга<…>»33, - жалуется он в 1933 году одному из последних бесстрашных корреспондентов. С другой стороны, он явственно предпочитал любоваться предметом своего обожания через Атлантический океан, даром что долетавшее до его слуха пение сирены (отнюдь не единственной) было куда как убедительно:
      «Нестерпимо жаль, что ты живешь не в Москве, не в Ленинграде, не до¬ма. Мы с тобой здесь сумели бы поднять искусство на высоту, сумели бы окружить себя группой верных мастеров. Когда-то будет? Напиши. Приез¬жай домой, здесь ты сумеешь устроиться. В Москве, пускай, трудно с ком¬натами. Зато в Ленинграде возьмем хоть целую квартиру. Там место не ху¬же. Да и в театрах достану тебе декор, постановки. Я уже говорил с театра¬ми и все остро приветственно желают тебя, знают, любят. Связи же у меня большие и вполне реальные. И детей твоих можно будет устроить учиться распрекрасно. Неужели для Америки рождены они. У вас, дома, им будет лучше. Убежден. Ведь различных школ у нас — великий край, знай учись! Ученье — воспитанье улучшается с каждым годом. И, главное, дети твои бу¬дут сынами своей земли, своего строительства, Союза трудящихся. А что впереди даст им Нью-Йорк? Уродство»34.
      Впервые после долгого перерыва Бурлюк побывал в СССР по туристической визе, когда опасность уже миновала – в 1956-м году, внеся (среди прочего) трепет и разброд в стан профессиональных свидетелей Маяковского35. Одутловатым Рип-ван-Винклем (у Чуковского он спросил, как поживают его милые дети36: сын к этому времени разменял шестой десяток, но последний раз они виделись в Куоккале) он освежил старые связи и успел собрать с них небольшой дивиденд славы во время второго и последнего визита в 1965 году.
      Здесь я печатаю небольшой, но выразительный документ, связанный с эпохой дистанционного участия Бурлюка в политической жизни Советского Союза, который хорошо иллюстрирует своеобразие и автора, и политического момента. Он поступил осенью 1932 года обычной почтой в Центральный исполнительный комитет. Небанальность текста (вряд ли подпись была у получателей на слуху) проложила ему дорогу к возглавлявшему этот орган Авелю Софроновичу Енукидзе, который уже через пять лет оправдал прозорливость старика Софрона, выбравшего для сына такое имя. Енукидзе (как следует из сопроводительных документов) велел поблагодарить на английском языке за заботу – тем дело и кончилось. Текст печатается по автографу: ГАРФ. Ф. 3316. Оп. 34. Ед. хр. 48.


     В ЦИК (б)

      Многоуважаемые товарищи!
      Я обращаюсь к вам с указанием на необходимость и своевременность переименования: в газетах, словарях, справочниках, в официальных речениях, названия: «Мавзолей Ленина» на:

      Ленинеум
      Ленинец
      Гроб Ленина
      Могила Ленина
      Усыпальница Ленина
      Ленинарий и т.п.

      Так как Mausoleum впервые было наименовано над могильное<так> сооружение деспота короля Карии Mausolus’a кровавого деспота – мужа царицы Артимизии, в 352 году до Р. Х. умершего.
      Дорогие товарищи, Советский Союз – страна Новой жизни, и новых слов, новых идей.
      Слова Владимир Ильич, Ленин звучат, как великая база нового времени во всемирной истории человечества.
      К 15-летию Революции Пролетарской не должно более быть дикого соединения слов, режущего слух: «Мавзолей Ленина»37 .
      Наш Великий Планетарный Ленин и, присаженный к нему, словесный огрызок страшных деспотических веков прошлого.
      Владимир Ильич боролся против всякого мусора пережитков прошлого, забивающего человечеству глаза, уши и умы… Очистим же его гроб от неподходящей наклейки.
      Не будем вспоминать царя Галикарнасского Мавзолуса рядом с нашим бесценным Ильичем.
      Пора поправить ошибку.
      Верю, товарищи, что вы, могущие творить новое, поддержите меня.
      С товар. приветом –
            Отец Российского, Пролетарского Футуризма, поэт, художник и журналист

                              David D. Burliuk

Адрес. 40 E 7 th str.
      New York City
      USA


==
1 История со слов Асеева пересказана Ф. Левиным, см.: Левин Ф. Из глубин памяти. М. 1973. С. 53
2 Из десятка примеров беру первый попавшийся: «На сцену вышел Давид Бурлюк. На левой стороне его пиджака висела белая, красиво сделанная ложка (возможно, из слоновой кости). В руках лектора был лорнет. Бурлюк остановился на средине сцены, поднёс лорнет к глазам и пристально стал рассматривать людей, сидевших в зале. Он переводил взгляд с одной группы лиц на другую, задерживался на каждой довольно долго, как будто высматривая кого-то. Тянулись томительные минуты. Сидеть под пристальным взглядом Бурлюка становилось неловко. Послышалось перешёптывание, лёгкий от движений шум» (Малафеев И. Давид Бурлюк в Чите // Бурлюк Д. Интересные встречи. М. 2005. С. 107). О чтении им упомянутого стихотворения со сцены «Кафе поэтов» вспоминал Н. Н. Захаров-Мэнский.
3 отсюда.
4 Масаинов А. Маяковский - поэт и человек // Маяковский продолжается. Сборник научных статей и публикаций архивных материалов. Выпуск 2. М. 2009. С. 258.
5 Спасский Е, Встречи с будетлянами и жизнь с Велимиром Хлебниковым // отсюда.
6 Серпинская Нина. Флирт с жизнью. М. 2003. С. 95.
7 Генс-Катанян И. Дома и миражи. Нижний Новгород. 2005. С. 44.
8 Письмо Каменского к Б. И. Корнееву от 23 октября 1928 года // РГАЛИ. Ф. 2563. Оп. 1. Ед. хр. 14. Л. 64 об. (существенный фрагмент я цитировал здесь).
9 Запись в дневнике Кузмина: «Пришел Бурлюк; отчего все такие приходящие — морды?» (Кузмин М. Дневник 1908 – 1915. Предисловие, подготовка текста и комментарии Н. А. Богомолова и С. В. Шумихина. Спб. 2005. С. 174).
10 Ивнев Р. Богема. М. 2004. С. 80.
11 Крученых А. К истории русского футуризма. М. 2006. С. 65.
12 Письмо В. Мануйлова к Г. Петникову от 22 декабря 1960 года // ЦДАМЛИМУ. Ф. 440. Оп. 1. Ед. хр. 229. Л. 3 (речь идет об организации помощи вдове Бунина).
13 Там же. С. 121, 122.
14 Хлебников В. Собрание сочинений. Т. 6. Кн. 1. М. 2005. С. 148.
15 Иванов Г. Собрание сочинений. Т. 3. М. 1997. С. 198.
16 Реплика Г. А. Рачинского в передаче Н. Асеева, см.: Асеев Н. Московские записки. Вступительная заметка, подготовка текста и примечания А. Е. Парниса // Вячеслав Иванов. Материалы и исследования. М. 1996. С. 157.
17 Реплика М. Синяковой в беседе с А. Езерской и В. Перцовым. – Синякова М. «…Это человек, ищущий трагедии». (Стенограмма беседы М. Синяковой с А. Езерской и В. Перцовым 17 ноября 1939 года). Публ. А. Селивановой // Вопросы литературы. 1990. Апрель. С. 261.
18 Асеев Н. Октябрь на Дальнем // Асеев Н. Проза поэта. М. 1930. С. 187.
19 Там же.
20 Каменский В. В. Его-моя биография великого футуриста. М. 1918. С. 155.
21 Ходасевич В. Декольтированная лошадь
22 Общеупотребительный титул; ср., напр., в письме к нему Б. Лившица: «<…> ты<…> за чечевичную похлебку жиденькой рецензии продаешь свое первородство «отца российского футуризма»!” (письмо 4 ноября 1929 года // Письма Бенедикта Лившица к Давиду Бурлюку. Публикация А. И. Серкова. – Новое литературное обозрение. 1998. № 31. С. 250).
23 Галич Ю. Бурлюк и другие // Бурлюк Д. Интересные встречи. М. 2005. С. 111.
24 К общеизвестным сведениям о долгих взаимоотношениях Ремизова и Бурлюка (краткий предварительный свод которых см.: Ремизов А. Кукха. Розановы письма. Спб. 2011. С. 455 (комм. Е. Р. Обатниной)) прибавим, кажется, не бывшее в печати свидетельство: «Пришлите мне, пожалуйста, сборник Кульбина и сборник Бурлюков, если можно. Мне интересно и то и другое» (письмо Ремизова к Н. Е. Добычиной 16 апреля 1910 года // РГБ. Ф. 420. Карт. 14. Ед. хр. 53. Л. 1).
25 См.: Сарабьянов А. Жизнеописание художника Льва Бруни. М. 2009. С. 60 – 61.
26 Бурлюк Давид и Маруся. Заметки из семейного архива // Евдаев Н. Давид Бурлюк в Америке. Матераилы к биографии. М. 2008. С. 391.
27 Там же.
28 Стенограмма выступления цитируется по: Из двух углов. Переписка Николая Евреинова с Юрием и Юлией Ракитиными. 1928 – 1938. Публ. В. В. Иванова // Мнемозина. Документы и факты из истории отечественного театра ХХ века. Исторический альманах. Выпуск 1. М. 2004. С. 244.
29 Бурлюк Д. Фрагменты из воспоминаний футуриста. Спб. 1994. С. 129.
30 Бурлюк Д,. Бурлюк Н. Стихотворения / Сост. С. Р. Красицкого. Спб. 2002. С. 414.
31 Письмо к Э. Ф. Голлербаху от 25 декабря 1930 года // Бурлюк Д. Фрагменты из воспоминаний футуриста. Спб. 1994. С. 195. Ср., кстати, через четверть века: «Искусство соц. Реализма в СССРН является ведущим, лидерным!» и т.д. (письмо к Н. А. Никифорову от 5 февраля 1957 года // Бурлюк Д. Д. Письма из коллекции С. Денисова. Тамбов. 2011. С. 13).
32 Письмо Г. Иванова к В. Ф. Маркову от 7 мая 1957 года // Тулон... Тамань... Туман (Письмо Георгия Иванова Владимиру Маркову) Публикация А. Арьева // Минувшее. Исторический альманах. 19. М. 1996. С. 260. Ср. кстати: «Художник был, да, но я его не знаю. А Давид Бурлюк, он как художник, как писатель — он незначителен. Он потом оказался очень деловым человеком. Сумел стать богачом в Америке. У него салон был потом. И вся наиболее левая, радикальная интеллигенция американская ходила в его салон. Он каждый год праздновал очень торжественно день Октябрьской революции, устраивал у себя, в своем доме, прием и так далее. Это была своеобразная фигура» (реплика М. М. Бахтина // Бахтин М. М. Беседы с В. Д. Дувакиным. М. 2002. С. 142.
33 Письмо к А. Г. Островскому от 14 мая 1933 года // Бурлюк Д. Фрагменты из воспоминаний футуриста. Спб. 1994. С. 163.
34 Письмо В. Каменского 1926 года напечатано самим Бурлюком; цит. по: Евдаев Н. Давид Бурлюк в Америке. Матераилы к биографии. М. 2008. С. 420.
35 Особенно это стало заметно после неосторожного интервью, данного во время второй поездки; ср.: «Достаточно сказать, что в 1965 году в одной из московских газет появилось сообщение, будто Маяковский был в 1911 году усыновлен Д. Бурлюком и прожил в его семье целых четыре года. С большим трудом удалось мне опровергнуть эту нелепицу, хотя абсурдность ее несомненна для всех, кто хоть немного знаком с биографией Маяковского» (Маяковская А. А. Детство и юность Владимира Маяковского. Из воспоминаний матери // Маяковский в воспоминаниях родных и друзей. М. 1968. С. 43; «Но вот как-то в августе 1965 года я прочитал в газете «Московский комсомолец» интервью с приехавшими из США в Москву Д. Д. Бурлюком и его женой М. Н. Бурлюк и не поверил своим глазам. В этом интервью со слов М. Н. Бурлюк сообщалось, будто в 1911 году Д. Бурлюк привел к себе домой изможденного, оборванного, с больными руками юношу Маяковского и будто бы Бурлюки его усыновили и он прожил у них четыре года.Мне неизвестно, для чего сочинили эту неправдоподобную историю, но и я и все, кто знал Маяковского в те годы, отлично помним, что он до 1915 года, до отъезда в Петроград, жил в своей родной семье. Правда, он бывал у Бурлюка, и тот иногда помогал ему деньгами, о чем Маяковский упоминает в автобиографии. Но мы, общавшиеся с Маяковским, знаем, что он даже на самую маленькую помощь и поддержку всегда отвечал десятикратной и стократной благодарностью» (Хлестов Н. И. Памятные годы // Там же. С. 102). Организация этих вояжей и случившийся от них резонанс могли бы составить тему любопытного обзора, для которого не забыть: «Он <Каменский> получил письмо от Бурлюка. Тот сообщает, что в апреле приедет в Россию» (письмо Б. Корнеева к Г. Бебутову // РГАЛИ. Ф. 3100. Оп. 1. Ед. хр. 110. Л. 7 об.).
36 «В прошлое воскресенье был у меня Бурлюк. Нью-Йорк только усилил его природное делячество. Но мне он мил и дорог — словно я читал о нем у Диккенса. Мы встретились на дороге: Лили Юрьевна везла его к Вс. Иванову. Он, забыв, какие океаны времени прошли между нами, спросил:       — Вы из Куоккалы? Где ваши дети? (воображая, что Коля все еще мальчуган, каким он был во времена Маяковского)» (Чуковский К. Дневник. 1936 – 1969. М. 2011. С. 215).
37 К слову сказать, это суждение было предварительно отрефлектировано в стихах: «То не могила Чингисхана / В степях Монголии пустой, / И то не «томб» Наполеона, / Тщеславья взятых им высот. / В Москве нетленный прах вождя / Народ хранит, к груди прижавший, / На угнетателей восставший / Планетной истины судья… / И высшее, скромной простотой, / Которой Ленин слит с деревней, / Ильич планетной лег мечтой / В грядущее из сказки древней» (Алексеев-Гай А. В Иркутске, Нью-Йорке, Москве. О Бурлюке. Публ. Ф. Вязьменской // Нева. 1998. № 6. С. 232 – 233; ст-ние 1928 года).
Tags: Собеседник любителей российского слова
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 100 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →