lucas_v_leyden (lucas_v_leyden) wrote,
lucas_v_leyden
lucas_v_leyden

  • Music:

К БИБЛИОГРАФИИ МАНДЕЛЬШТАМА

      В обыденной работе библиографа время от времени (довольно редко) встречается казус с невольным псевдонимом. Наиболее известный пример этого рода – история с пушкинскими noms de plume, приведенными в словаре Масанова. Вдумчивый читатель, который, захотев проверить свою память, обратится к соответствующей странице этого величавого указателя, с изумлением обнаружит среди вполне ожиданных Феофилактов Косичкиных, Иванов Петровичей Белкиных и т.п. два чрезвычайно странных имени: Ногтев и Аркадий Фырин. История с первым из них памятна многим: в июле 1885 года за этой подписью в газете «Жизнь» началось печатание повести «Пиковая дама», оборванное уличающим письмом в редакцию на первом же номере. Современники – вероятно, не без основания, - заподозрили в этом то, что сейчас назвали бы вирусным маркетингом1 ; библиографическим же последствием этих событий сделалось посмертное пополнение корпуса пушкинских псевдонимов.
      Вторая история известна в меньшей степени: так, у Масанова против имени «Фырин, Аркадий» сделана помета: «=Ал-др Серг. Пушкин. В кн.: Голова медузы. 1-ая книга стихов. СПб. 1910, стих. «Виноград». Плагиат неизвестного нам лица; см. «Солнце России» 1912, № 25 (26), с. 16 (Книгочий)». Действительно, в чрезвычайно остроумной (и не до конца еще разгаданной) книге «Голова медузы» в качестве второй части ст-ния «Песни мудреца» напечатан глумливо переиначенный пушкинский «Виноград» («Не стану я жалеть о розах…»)2 . В новейшее время тайна имени Фырина (ведомая многим из современников) была раскрыта: это был коллективный псевдоним Петра Константиновича Губера (будущего прозаика и литературоведа) и Николая Дмитриевича Шубного (на тот момент - студента Политехнического института) 3 .
      К историям этого рода можно добавить еще одну.
      В № 2 за 1919 год еженедельного общественно-политического кооперативного журнала «Трудовая жизнь», издававшегося Прикаспийским союзом потребительских обществ «Кооперация» (г. Баку) был напечатан следующий текст:

      ИЗ ПРОШЛОГО

      На розвальнях, уложенных соломой,
      Едва прикрытых рогожей роковой
      Меня везут дорогой столбовой в Сибирь.
      А в деревнях играют дети в бабки,
      И пахнет хлеб, оставленный в печи…
      По улицам меня везут без шапки,
      И теплятся в часовне три свечи.
      Ныряли сани в черные ухабы,
      И возвращался с гульбища народ.
      Худые мужики и злые бабы
      Лущили семя у ворот.
      Сырая даль от птичьих стай чернела,
      И связанные руки затекли;
      Меня везут - немеет страшно тело,
      И все мечты мои сожгли.

      Стихотворение было подписано: С. Лисин.

      Имя это вскоре сделалось привычным для подписчиков и покупателей бакинского журнала: на протяжении пятнадцати номеров4 Сергей Лисин (первый инициал вскоре был раскрыт) оставался практически единственным поставщиком стихов этого не склонного к сантиментам печатного органа. Краткая библиография его публикаций выглядит следующим образом:

№ 3. Лисин С. Усталость («Текут туманы…») С. 3
№ 4. Лисин С. Весна («Кокотка старая с наивными глазами…») С. 3
№ 5. Лисин С. Я («Я, полюбивший до забвения…»). С. 3
№ 6. Лисин С. «Под пыткой наших дней ты солнечным изломом…» С. 2 – 3; Лисин С. Весенняя печаль («Книгу я брошу. Вечер весь золотой…») С. 3
№ 7. Лисин Сергей. Я знаю. (Из цикла «Поэмы наших дней») («Я чувствую дыханье божества…») С. 4
№ 9. Лисин Сергей. Мы предтечи дальней жизни («Нам лишь бледные намеки в хмурой жизни суждены…») ; Война («Несется в высь военный клич, ликующий и дикий…») С. 2
№ 10. Лисин Сергей. Время («Текут года унылой чередою…»); Девятый вал («Девятый вал взметнулся дико…») С. 3
№ 11 Лисин Сергей. На чужой стороне да в неволе (Народная плаче-песня»). С. 5 – 6
№ 12 Лисин Сергей. Сожительство и взаимопомощь в животном и растительном мире <статья> // С. 6 – 11
№ 13-14. Лисин Сергей. Бессонное («По плитам каменным шаги звучат так гулко…»); («Я – царевич пленный…»); («Среди людей я одинокий странник…») С. 4 – 5

      Два номера (№ 8 и 15) были оставлены без его попечения.
      Краткий просмотр напечатанных Лисиным стихов свидетельствует об известной широте его вкусов: помимо Мандельштама, источником вдохновения служили Надежда Львова («Нам лишь бледные намеки в хмурой жизни суждены») и Валерий Брюсов («Девятый вал взметнулся дико…» - кстати сказать, из «Стихов Нелли», т.е. посвященных той же Львовой); вероятно, и кто-то еще, но остальных я не опознал. Масштаб натуры сочетался у Лисина с похвальной скромностью: биографические сведения о нем самом исчезающее скудны. К «народной плаче-песне» он сделал примечание «Записал в Архангельской губ. Шенкурского уезда со слов старушки-причитальницы»; к трем другим стихам проставлены посвящения – Н. Куликову, А. Захарьян и М. Кафитиной. Минимальные последствия имеет последняя дедикация – в дневнике М. Альтмана, на тот момент бакинского студента, упоминается харьковский житель Ф. Кафитин5 – ниточка, теоретически ведущая не в пустоту. Больше никаких сведений и даже перспективных направлений поиска обнаружить не удалось; славно было бы связать нашего героя с тем легендарным сочинителем, про которого Маяковский шутил «Когда на эстраде лысина, просим поэта Лисина!» 6 , но это почти наверняка был московский Михаил Лисин7 .
      Не пустым представляется вопрос об источнике текста для плагиатора: на тот момент стихотворение было напечатано единожды – в петроградском «Альманахе муз» 1916 года: малотиражном и не слишком известном; к представленному в нем варианту восходит строчка «Лущили семя у ворот», позже замененная автором. Можно было бы предположить, учитывая, что все три заимствованные Лисиным текста были напечатаны в 1913 - 1916 годах, что в это время он жил в одной из столиц, но в адресных книгах он не значится.
      Проведенные им хирургические операции над текстом Мандельштама очевидны и показательны: усечена «непонятная» строфа, заменена кода, удалена вся Угличская проекция и вычеркнуты две строки 1-го катрена, что вызвало появление немыслимой культи вместо 3-й строки; нарочитая необъяснимость последней метаморфозы наводит на мысль, что текст, по всей вероятности, припоминался, а не переписывался.
      Несмотря на все сказанное выше, всепрощающая библиография не может пренебречь товарищем Лисиным.

==
1 См.: Ильин-Томич А. А. «Пиковая дама означает…» // «Столетья не сотрут…». Русские классики и их читатели. М. 1989. С. 111 - 112
2 Фырин А. Голова медузы. СПб. 1910. С. 37 – 38; к стихотворению сделано примечание: «По поводу второй из песен мудреца мне довелось выслушать не мало упреков. Но все же смелой рукой помещаю ее здесь в твердой уверенности, что не мертвая техника, не ремесленная сторона искусства, но лишь настроения поэта важны и любопытны для читателя»
3 Тименчик Р. Д. Тынянов и «литературная культура» 1910-х годов // Тыняновский сборник. Третьи Тыняновские чтения. Рига. 1988. С. 161 - 163
4 В РГБ комплект журнала состоит из №№ 2 – 15; в РНБ – №№ 1, 10 – 11.
5 Альтман М. С. Разговоры с Вяч. Ивановым. СПб. <1995>. С. 213
6 Воспоминания Т. Фохт-Ларионовой // Российский архив. Новая серия. <Т. 11>. М. 2001. С. 656
7 В свою очередь – не тождественный волжскому прозаику Михаилу Дмитриевичу Лисину
Tags: Собеседник любителей российского слова
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 67 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →